12:28 

Волк

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
Часть 1

Я слышал много историй об этом человеке.



Бросив устроенную безбедную жизнь, он ушел в дикий лес, и, поселившись там, построил избушку, чтобы жить за счет огорода, охоты и рыбалки.



Вот и сейчас, сидя в Лондонском кафе, я слушал по новостному каналу новые сообщения об этом человеке и ломал голову, что заставило его все бросить и сбежать в глухой дикий лес, где обитают волки и медведи.



После обеда, когда я курил под козырьком кафе, прячась от обычного дождя, мне позвонил шеф и попросил связаться с этим человеком, чтобы выяснить почему он сделал такой выбор.



- Шееф... ну неужели нельзя послать туда Майлза? Или Руни? Почему я? У меня свадьба через неделю, я не успею!



- Прекрати ныть, Рауль! Ты у меня самый талантливый и болтливый. Тем более, по возвращению дам отпуск на месяц, и отправляйся ты со своей Рози хоть на край света.



Слова шефа не были лестью. Я и правда был талантливым журналистом и интервьюером, поэтому, повздыхав немного, согласился. Позвонил невесте и сказал, что меня отправляют далеко и надолго, поэтому свадьбу придется перенести. Моя любимая девочка, немного посопев обиженно в трубку, согласилась.



***





Через пару недель. Сибирь, конец марта.



Я спустился с вертолета и, пройдя небольшой аэропорт, вышел на непривычно пустынную дорогу. Меня поразила необыкновенно глубокая и звенящая тишина. Я вдохнул чистый, наполненный ароматами воды и земли, воздух и ощутил легкое головокружение, как обычно бывает у жителей города, оказавшихся на природе.



Подхватив покрепче пару небольших чемоданов, я отправился в поселок, где мне предстояло жить и работать. Добравшись до указанного дома, я без проблем вселился и остался доволен тем, как все складывалось. Это был небольшой двухкомнатный бревенчатый дом с печкой и удобствами на улице.



Разложив вещи, я решил погулять по поселку, чтобы начать собрать информацию о нужном мне человеке. Дойдя до магазина, в толпе покупателей я сразу отметил рослого парня, с длинными абсолютно белыми волосами и раскосыми желтыми глазами, одетого в меховой серебристо-белый костюм из брюк, короткой куртки с капюшоном и высокими перчатками; образ завершали высокие сапоги из мягкой светлой кожи, явно очень теплые, а так же у него были ожерелье из звериных зубов на шее и кинжал на поясе. Я сразу понял что это он, тот, ради кого я прилетел сюда через полмира.



Я подошел к нему, заглянул в лицо снизу вверх - парень оказался выше меня.



- Привет, мы можем поговорить? - спросил я.



- А не слишком ли ты легко одет для нашей погоды? - осматривая мое пальто и свитер под ним, с усмешкой поинтересовался парень.



- Так весна же... вроде конец марта, - ответил я парню, дивясь на его необычный костюм.



- В лесу еще много снега и воды, ты мгновенно вымокнешь и замерзнешь, - пожал плечами парень, гадая, что же понадобилось от него этому городскому человеку. Пусть и такому красивому: высокому, златоглавому, с большими зелеными глазами, чувственными губами и изящными руками. Правда одет парень был явно не по погоде.



"Городские, что с них взять.." - усмехнулся парень себе.



- Ладно, пойдем ко мне, я все закупил, - забросил он на спину вместительный рюкзак из той же мягкой кожи, выходя на улицу. Я последовал за ним, ежась от ледяного и сырого ветра.



- Ветер поднялся, это плохо... Буран будет и очень скоро. Нам надо успеть хотя бы дойти до леса, там будет тише. У тебя есть лыжи? - он взял из уголка крыльца свои лыжи.



Я впервые в жизни увидел такие лыжи: короткие широкие и с мехом, идеально гладким для скольжения. Отличные лыжи для хождения по глубокому снегу. У меня же ничего подобного не было, ибо я наивно полагал, что снег в конце марта уже сошел.



- Нет, - ответил я. - Я пойду пешком.



- Пешком? Да ты и шага не ступишь, в лесу снега по колено! Ладно, возьму взаймы у хозяина, после вернем на место, - парень ушел и через несколько минут вернулся с еще одной парой подобных лыж.



Я, убрав сумку за спину, встал на лыжи и побежал следом за парнем, почти исчезнувшим в поднявшемся ветре. На лыжах я шел вроде бы хорошо, до тех пор, пока мы не зашли в лес. Снег был сырой и глубокий, но ветер тут был и правда потише. Только шумел в вершинах кедров и сосен, заметал следы, да подгонял в спину. Шли мы долго, почти час; шли в молчании, быстро, берегли дыхание, ибо ветер, затыкая глотки, сушил рот от малейшего слова.



Наконец среди шума деревьев и ветра я различил шум воды. Где-то впереди шумел поток. При чем не замерзший и довольно большой. Примерно через десять минут мы вышли из леса, впереди расстилалось море снега, перечеркнутое черным потоком. Это была действительно большая, глубокая и ледяная река. Через нее был перекинут мост из дерева, переправившись через который и обогнув неизвестно откуда взявшийся колоссальных размеров камень, засыпанный снегом, мы увидели приткнувшуюся к нему большую избу. Добротную, светлую и уютную. Отгороженный огород, палисадник, все засыпанное снегом наглухо. Лишь в окошке горел теплый свет.



Подошли к двери, на веранде сняли лыжи и вошли в сени. Тут было тепло, темно и главное запах. Запах сена, сухих трав, солнца и лета. Такой странный в смешении со свежими запахами вьюги. Запах, согревающий и дарящий надежду на окончание лютой зимы.



Убрав лыжи в угол, я, ежась, прошел следом за хозяином в комнату за оббитой мехом дверью, которая после была плотно закрыта, отрезая путь морозу и ветру.



Оглядев комнату, я был поражен. Дерево. Все из дерева. От пола до потолка. Стены, полы, лавки, стол, утварь. Каменной была лишь огромная теплая печь. В деревянных же плошках горели свечи, стояли вода и ковш, на окнах висели белые занавески, от и до расшитые узорами. Несмотря на простецкий вид, здесь было очень уютно и тепло.



Повесив на крючок свое пальто, я прошел к печи протягивая к ней замерзшие руки и чуть содрогаясь, когда из мышц начинал уходил холод.



Хозяин же тем временем разбирал сумку, убирая мясо на мороз, хлеб поближе к печи, крупы на полки вдоль стен. Он подошел ко мне, молча взял руки в свои, усмехнулся и поставил чай в закоптелом чайнике. Про себя я решил, что не притронусь к этому чаю, но аромат хвои, трав и цветов, крепость и главное то, что он был очень горячий, изменили мое решение. Я переоделся, мои вещи положили сушиться, как и вещи хозяина, оделся он в светлый костюм из брюк и длинной рубашки, мне же дал почти такой же только поменьше, но все равно на мне он висел мешком.



Я сидел у огня, попивая чай; мои волосы от воды стали виться, поэтому я собрал их в хвост, глядя в огонь и чувствуя тепло и спокойствие.



- Разговоры отложим на завтра. Сегодня ты должен отдохнуть, - я вздрогнул, услышав совсем рядом глубокий и красивый голос хозяина. Я повернулся к нему, оказываясь с ним нос к носу. В хищных глазах отражался огонь, волосы искрились золотым и розоватым цветами. Он был красив.



А Райен в это самое время думал, как этого прекрасного золотого бога занесло в такую глушь. Золотой ореол волос подсвеченных огнем печи, золотисто-зеленые глаза, теплая персиковая кожа и правда делали его похожим на бога.



- Тебе не место здесь. Ты не для этой земли... Серебро зимы убьет золото твоей красоты, - сказал он, вставая и берясь за ужин.



А я остался сидеть, краснея и переваривая его слова. Его глубокий теплый взгляд, его рука, коснувшаяся моей щеки, длинные ногти, запах - животный, сильный, холодный.



- Слушай... Я не знаю твоего имени, - обернулся ко мне он.



- Меня зовут Рауль... - ответил я, глядя ему прямо в лицо. - Может, я помогу тебе?



- Хмм... Рауль, - словно просмаковав, протянул он мое имя. - Отличное имя, тебе идет, - улыбнулся он, протягивая мне таз с рыбой, что он видимо заранее вытащил с мороза, ибо она уже была разморожена. Рыбу требовалось почистить и выпотрошить. Закатав рукава рубашки, я тщательно приступил к делу. Я любил готовить. Любил продукты, любил сам процесс, любил результат. И почему я стал не поваром, а журналистом? Потому, что у меня с детства подвешен язык? Или за мою страсть к писательству, что пригодилась издательству? Не знаю.



Райен же, возясь с овощами из подпола, который вверг меня в священный трепет воистину необъятными размерами, пристроился рядом, убрав в хвост длинные волосы и сняв рубашку. Чистя картошку, он попросил негромко, увидев погрустневшего и задумавшегося меня:



- Расскажи о себе. А завтра я расскажу о себе, услуга за услугу, - улыбнулся он.



Я улыбнулся когда, подняв голову, увидел его смеющееся лицо. Красивый, молодой, немного суровый, но добродушный.



- Меня зовут Рауль. Рауль Эм. Мне 23 года, я журналист. Всю жизнь я прожил в Лондоне, являясь коренным англичанином. Мои родители живут в Манчестере. Они уже пожилые, но вполне работоспособные. Мать дает частные уроки пения, а отец содержит магазин, торгующий цветами, который принадлежит нашей семье уже полвека. Мать и меня научила петь, поставила голос, так что я тоже неплохо пою, - улыбнулся я, чуть краснея под внимательным взглядом напротив. - Я сам не знаю, почему работаю журналистом. При моей-то любви к готовке, - засмеялся я. - Но видимо так надо. У меня два высших образования, квартира на окраине Лондона. Через месяц у меня свадьба. Я женюсь на своей подруге детства Розетте, - я ушел в воспоминания и не заметил остановившихся рук и замершего взгляда Райена.



Он же с какой-то косой улыбкой вздохнул и пробормотав что-то вроде: "А ты, идиот на что рассчитывал? Что у такого красавца никого нет? Но...девушка..." - встал и, помыв картошку, забрал у меня вычищенную рыбу, молча принимаясь за готовку.



Я вымыв руки и подсев поближе к огню, почувствовал, что засыпаю. Сказался долгий путь, мороз и усталость. Глаза мои закрывались, я отчаянно тер их руками. Зевнул раз, другой, чувствуя, что в борьбе со сном я проигрываю, свернулся на лавке и уснул.



Райен, долго возясь с едой по причине дум о новом госте, не заметил как этот самый гость задремал у печи, свернувшись в клубок на лавке. Усмехнувшись, он подошел к лавке, долго смотря на спящее лицо, красивое, кроткое, спокойное. Волосы, растрепавшись, рассыпались по плечам и полу, развернувшись золотыми лепестками.



- Слишком красив для этой земли... Слишком... - пробормотав, он разбудил парня, накормил и, раздев, уложил на теплую печь спать, завернув в одеяло и укрыв шкурами. Сам же растянулся на той же лавке, где спал Рауль, придвинув к ней вторую и, уложив на них матрас, укрылся одеялом.



Ночь пролетела на крыльях метели, под вой ветра и снега. Утро же осветило окна солнечным светом и теплом. Небывалым, влажным и ароматным теплом. Словно побесившись напоследок, зима сдалась и отдала эту суровую землю на милость кроткой и нежной весны.



Проснулся я довольно поздно. Солнце осветило окна, слышался птичий гомон, тепло и чудесный ароматный ветер продувал дом насквозь во все распахнутые окна и двери. Сев на печи и свесив ноги вниз, я улыбался солнцу, ветру; спрыгнув на пол, вышел на крыльцо как был, в длинной и свободной рубашке хозяина, с волосами рассыпанными по плечам и спине. Ветер взметнул их ореолом вокруг головы. Раскинув руки, я впитывал тепло и ветер, закрыв глаза и млея.



Хозяина, что возился на клумбах под окном, я не заметил и потому вздрогнул от музыкального голоса рядом:



- Добрый день Рауль.



Залившись краской, я улыбнулся и кивнул ему.



Райен работал в земле по пояс обнаженный, в коротких брюках схваченных простой веревкой, босой, волосы были собраны в хвост и заплетены в косу. Он был весел, бодр и улыбчив.



Я долго бродил по лесу вокруг дома, по полянам, по огороду, по дому, рассматривал все, трогал, нюхал. Все было для меня ново и интересно. И сосны, и мох, белый и зеленый, трава пробивающаяся навстречу солнцу, и сочащиеся смолой бревна, и поленница за ним, и река, глубокая и очень холодная, прозрачная и прекрасная в своей дикой свободе.



Неподалеку от реки я нашел небольшую пещерку, посыпанную песком, закрытую нависающими ветвями какого-то вьющегося растения, и долго сидел там, слушая реку.



Потом, почти заснув, услышал голос Райена, где-то неподалеку, но сил встать и пойти уже не было. Река убаюкивала, шептала что-то, и казалось вот-вот я пойму, что она хочет сказать. Я всегда любил воду. И сейчас, оказавшись впервые так близко к ней, расслабился полностью.



- Ты простынешь, если будешь спать на земле, она же еще холодная, ты с ума сошел, - Райен, обнаружил своего гостя в гроте у реки.



Прекрасное существо лежало на влажной и холодной траве. Рейен подошел, мягко взял его на руки, унося в дом. Пока он шел, юноша расслабился, уткнулся сопящим носом в плечо, волосы льнули к рукам, тяжелые, влажные, ароматные. Он смотрел на это лицо. Узкое, с высокими скулами, узким носом и большими глазами. Он напоминал эльфа. Изящные алые губы, чуть приоткрытые, они обнажали жемчужные зубки. И манили своей сладостью, доступностью, сейчас, здесь, во сне... Он не узнает. Не проснется. Со стоном Райен приник к ним поцелуем. Запустив пальцы в волосы, почувствовал что уплывает. Это был конец.



Гигантским усилием он взял себя в руки и оторвался от этих медовых губ. Принес парня домой и уложил на печку, раздев и укрыв одеялом. Принялся готовить чай, а перед глазами еще стояло это прекрасное тело. Длинные ноги, изящные руки и длинные пальцы, в меру накачанный торс и подтянутый живот. А волосы - отдельная песня. Роскошные, тяжелые, густые, темно-золотистые. Ресницы цвета черного золота.



Райен, приготовив чай, разбудил парня, стискивая зубы от прикосновения к бархатной коже. Рауль открыл затуманенные сном зеленые глаза, выглядя очень милым и сонным. У Райена заныло сердце.



- Райен... - мурлыкнул он, садясь, и спросонья не обращая внимания на наготу. - Кажется, я уснул... Тебе пришлось нести меня на руках? Спасибо, - принял чашку и стал медленно пить, согреваясь. Проснулся уже полностью и теперь улыбался, смущенно поняв, почему обнажен и кто его раздел.



- Не за что. Ты с ума сошел - спать на земле, снег только сошел, холодно же! - возмущаясь, отчитывал его Рейен, доставая из печи горшочек с картошкой и рыбой и накрывая стол к ужину.



- Прости, что доставил беспокойство... - я вздрогнул от музыкального голоса рядом.



Обернувшись, обомлел: молодой бог, обнаженный, прикрываясь простыней, он стоял рядом со мной, волосы, еще влажные и кудрявые покрывали его плечи и руки, теплые отсветы лежали на коже, огромные зеленые глаза чуть виновато глядят в мои, тонкие пальцы взяли мою руку в свой ласковый плен, огонь свечей окутывал его потрясающе красивую фигуру легким золотым сиянием. Он был просто потрясающе красив.



- Господи, если в Англии все молодые люди так же прекрасны, как ты, я уеду в Англию... - выдохнул он, с усилием отрывая глаза от парня, залившегося милым румянцем от этих слов.



Однако моя рука, не отпустив его, потянула на себя, заставляя обернуться и в этот момент его губы, сладкие, бесконечно нежные, губы подарили поцелуй. Рейен думал, что умер и родился заново, обнимая парня, прижимая золотое чудо к себе и целуя. Целуя так, что губы распухли и голова поплыла.



Я же со своей стороны, тая в сильных руках северянина, позже не мог вспомнить что же толкнуло меня в руки мужчины, пусть и такого красивого.



Поджарый, стройный, очень высокий мужчина, с раскосыми желтыми глаза и острым лицом, не красивом в каноном понимании красоты, но цепляющим, поражал, как и его сильные и нежные руки, обволакивающий голос.



Про себя я дал ему кличку "Волк".



Я, опомнившись, отпрянул от Райена, отчаянно краснея и смущаясь, кутаясь в простынь.



- Прости... Не знаю что на меня нашло. Этого... больше не повторится, - зайдя за печь, я оделся, благо вещи уже высохли. После чего подсел к накрытому столу.



Все еще немного покрасневший Райен сел напротив, взял свою тарелку и стал медленно есть.



- Прости... - начал было я, но Райен меня перебил:



- Ничего страшного, все нормально. Сегодня моя очередь рассказывать о себе, - улыбнулся он. - Итак...



- Подожди, я включу диктофон! - я встал, покопался в рюкзаке и вернулся на место. Включил аппарат и кивнул, призывая говорить.



- Меня зовут Ричард. Да. Ричард Малкол. Райен это псевдоним. Я взял его для журналистов. Их много приезжало ко мне. Наверняка ты читал их истории, но все это бред сивой кобылы. Тебе же я расскажу правду... Рауль... - протянув руку, он приласкал лицо покрасневшего Рауля. Парень отвел глаза. - Мне 35 лет, я профессиональный юрист. Коренной англичанин из Бристоля. С отличием окончив школу, математический класс, я поступил на юридический. После практики и повышения квалификации я наконец получил работу судьей. Я был самым молодым судьей, - улыбнулся он. - А потом было дело об...отморозке, издевавшемся над своей семьей. Громкое было дело.



И я кивнул. Я знал эту историю, писал о ней. Страшное было дело... Он судил его, оказывается. Надо же. Райен продолжал.



- Я с радостью засудил этого ублюдка на пожизненный срок. Несладко ему пришлось в тюрьме. Но у него была "крыша". И они прижали меня. Оказывается, этот ублюдок был большой шишкой. Они похитили моего любимого человека. И убили его, когда я отказался выпустить этого отморозка. А через год он сдох в тюрьме. Я же не смог успокоиться... Бросил работу, уехал. Я виноват в его смерти, но я спас двух женщин из ада... И вот живу тут, - Райен, протянув руку, выключил диктофон и продолжил, повергнув меня в шок. - Ты так похож на него... Рауль... Просто один в один... Я так рад... будто Франциск вернулся. Прошу... побудь подольше со мной... - взяв мое лицо в руки, сладко и нежно поцеловал.



Мои тонкие руки обвились вокруг его шеи, пальцы закопались в волосы, а губы ответили на поцелуй. Но Райен отпрянул, возбужденный и задыхающийся. Сначала на пол упала моя рубашка, затем, звякнув пряжкой ремня, и брюки. Взметнулась тонкая рука и развязала ленту, выпустив водопад роскошных волос.



- Иди ко мне... - протянул я руки, делая шаг к Райену.



И он перестал бороться. Этой ночью я не спал.



Утром я проснулся поздно, почему-то уверенный, что Райена рядом не будет, но блондин подмял меня под себя и засопел в мои волосы.



Аккуратно выбравшись из рук парня, я сполз с печи. Более чем неприятные ощущения внизу уверяли меня в том, что все произошедшее ночью не было сном.



- Мдаа... - протянул я. - Это же надо было. Что же на меня нашло... и ведь не скажешь, что не понравилось. Понравилось... - парень покраснел. - Еще как... Ооой... - спину прострелило.



Усмехнувшись, я стал одеваться, неловко, ибо спина и поясница нещадно болели, а в голове вспыхивали отдельные фрагменты прошедшей ночи. Руки Райена, такие теплые, его нежные губы, покрывающие поцелуями мое тело, наше единение и боль. Боль прошила меня по позвоночнику, не смотря на долгую тщательную подготовку. И острое, яркое удовольствие в конце. Два крика слившиеся в один.



Райен...как же мне теперь жить...



А вечером я уже улетел домой.



***





Прошло несколько месяцев.



Интервью, напечатанное в "The Times", принесло ему если не славу, то известность. В определенных кругах так точно. Все другие журналисты были посрамлены одним махом.



Шеф же предлагал включить его в штат, но Рауль отказался. Свобода была ему дороже; женившись, он переехал в тихое местечко, чтобы жить тихо и мирно.



По прошествии четырех месяцев Рози, сияя от счастья, объявила, что беременна. Рауль был счастлив. Носил жену на руках, обожал ее до потери памяти. Но счастье, бывшее уже в руках, оказалось таким недолгим.



Тень прошлого, не его прошлого, чужого, накрыла его только-только зародившуюся семью черными крыльями. Кто-то стал угрожать ему и Рози. Писали письма, звонили, изводили.



Рауль отправил жену к родителям, чтобы не случилось беды, но по дороге автобус, в котором она ехала, пробираясь серпантином вниз, потерял управление, упал в пропасть и взорвался.



Трагедия встряхнула всю Британию и вышла за ее пределы.



Было проведено расследование и выяснено, что у автобуса были повреждены тормоза, но найти виновных не удалось и дело замяли.



Но Рауль, посеревший от горя, сразу будто постаревший, с потухшими глазами и сжатыми губами, в черных одеждах похожий на падшего ангела, твердо знал кто за этим стоит.



Похоже что "крыша" мистера Мортенсена, того самого, которого Райен запрятал в тюрьму, не сумев добраться до судьи, взялась за него, пронюхав, что именно он освящал тогда это дело. Мотив, конечно, не ахти но...



Оставшись один, Рауль, стоя у могилы любимой жены и не рожденной дочери, умирая от боли и одиночества, решил, что будет мстить.



Тайно отправив родителей из страны, Рауль вернулся в Россию.



Ему нужны были подробности.

@темы: мое

URL
Комментарии
2015-03-31 в 12:57 

Narcissistic Cannibal (Rory)
– Я не бомжара, я князь русский! (с)
Хм... Это же неотбеченная версия

2015-04-02 в 17:31 

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
Narcissistic Cannibal (Rory), Господи ты опять перемеиновался.
да эт я так.

URL
2015-04-03 в 20:55 

Narcissistic Cannibal (Rory)
– Я не бомжара, я князь русский! (с)
Iason 123, а где беченая версия? На фб же тоже не беченная Оо

2015-04-03 в 22:17 

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
Narcissistic Cannibal (Rory), на фб копия из черновика с того же фб

URL
2015-04-03 в 22:21 

Narcissistic Cannibal (Rory)
– Я не бомжара, я князь русский! (с)
Iason 123, ок, тогда я ещё его подправлю кое-где)

2015-04-04 в 09:35 

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
URL
2015-04-04 в 12:58 

LikeIason
Все непростое так просто!
освящал тогда это дело

освещал . Ясон, поправь и удали коммент

2015-04-04 в 14:25 

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
LikeIason, а если это газетный термин?

URL
2015-04-04 в 14:59 

LikeIason
Все непростое так просто!
Iason 123, это правильно. термин.

но только освЯщать можно в церкви, здесь от слова свят...а освЕщать - все остальное, от слова свет.
в этом суть ошибки.

2015-04-04 в 15:24 

Leon Clare
Мир, труд и рюююшечки :3
LikeIason, хм.. ладно

URL
   

Апартаменты Леона Клэра.

главная